Право + закон

По словам адвоката одного из обвиняемых по делу упавшего в 2014 году на Донбассе самолёта, украинская сторона является заинтересованной по делу, и могла сфабриковать доказательства. В частности, Украина не давала голландским следователям прослушивать разговоры своих военных, а на месте падения воздушного судно в течение нескольких месяцев следственные действия не проводились. У защиты оказался и ряд других претензий к расследованию дела.

Адвокат Олега Пулатова, обвиняемого по делу о крушении в 2014 году в Украине самолёта Boeing 777 рейса MH17, Баудевейн ван Эйк в ходе рассмотрения дела заявил, что доказательства могли быть сфабрикованы или подброшены, передаёт ТАСС.

Процесс Гаагский суд просит обвинение подтвердить атаку из «Бука» по MH17

По его словам, занимающаяся расследованием дела прокуратура Нидерландов, основывает свои показания на данных украинских властей, которые сами является заинтересованной стороной. В качестве примера, он сказал, что в июле 2014 года прокуратура Голландии не имела права прослушивать разговоры на территории Украины и находилась в полной зависимости от Службы безопасности Украины (СБУ).

«А СБУ представила записи разговоров только ополченцев ДНР, но не украинских военных», отметил ван Эйк, добавив, что «практически все предоставленные Украиной материалы приняты следователями в качестве подтверждающих доказательств. И в то же время данные, предоставляемые РФ, всегда назывались вводящими в заблуждение».

Он отметил также, что недавно в Украине произошло массовое увольнение прокуроров. Среди них были и те, кто занимался расследованием дела MH17. «После увольнения один из прокуроров заявил, что хотел доказать виновность российской стороны. Думаю, что этот комментарий четко отражает позицию украинской стороны: обвинить РФ», пояснил ван Эйк, добавив, что «это абсолютно не юридический подход, основанный на принципе справедливости. Это не отражает желания и приверженности к поиску правды».

Процесс Прокурор сообщил о результатах анализа тел членов экипажа MH17

Кроме того, ван адвокат отметил, что в течение почти четырёх месяцев на месте крушения не было возможности провести экспертизу и даже оцепить территорию. «Это значит, что часть доказательств могла быть потеряна, сфабрикована или даже подброшена», пояснил адвокат.

Ван Эйк также отметил, что по делу не были допрошены важные свидетели, среди которых российский диспетчер, сопровождавший самолёт, а также не были допрошены другие лица, которые могли быть причастны к катастрофе. Кроме того, мало внимания уделили альтернативной версии трагедии, которая предполагает, что Boeing мог сбить истребитель. Также следователи не в полной мере проанализировали почву, которая была собрана на месте предполагаемого запуска ракеты.

По словам адвоката, «существует множество особенностей работы ЗРК „Бук“, которые позволяют нам заявить: крайне маловероятно, что командир расчета мог спутать пассажирский самолет с военным». В частности, пассажирские и военные самолёты зачастую летают на сильно отличающихся высотах. Кроме того, у них есть ряд других отличительных особенностей. И при этом, у «Бука» есть защитная система, которая не допускает идентификации дружественного объекта в качестве вражеского.

Источник